История России и не только (allemand1990) wrote,
История России и не только
allemand1990

Categories:

Achievement, так сказать, unlocked

Блуждая по Google Books, с удивлением обнаружил, что у меня появился свой собственный плагиатор.

Кандидат наук Сергей Сафронов из Сибирского Федерального Университета скопировал минимальными изменениями и без всяких ссылок в свою книгу 2015 г.* несколько страниц… из моей магистерской диссертации 2014 г. Ей-богу, скоро курсовики воровать начнут .

Дело, по-видимому, было так. Сафронов, подыскивая материалы для книги методом гуглинга, обнаружил мой текст на сайте СПбГУ (сейчас, кажется, его там уже нет). Вероятно, текст ему понравился, а ссылаться на магистерский диссер показалось несолидно (это мне кажется самым логичным объяснением, потому что в книге есть несколько корректных ссылок на другие мои работы). Возникшую проблему Сафронов решил просто: передрал несколько страниц, скопировав все ссылки – и на литературу, и на архивы. Расчет был верный. С одной стороны, студенческие квалификационные работы, как правило, никто читает, и с сайта университета они через некоторое время удаляются. С другой стороны, будем честны, историческая монография на русском языке, посвященная общероссийским, а не региональным сюжетам и выпущенная не в Петербурге и не в Москве, в 90% случаев является событием максимум для кафедры, где работает автор этой монографии (причем событием не с т.з. вклада в науку, а с т.з. выполнения отчетности). Так что шанс, что никто ничего не заметит, был велик. Но – увы, фейл.

Пример из, так сказать, творческой лаборатории:

Мой текст, без сносок (2014 г.) Текст Сафронова, без сносок (2015 г.)
С. 13-15: «Правила 1900 г., хотя и назывались временными, фактически действовали до 1917 г. Попытка ввести новый продовольственный устав, соответствующий современному уровню экономического развития и общественных отношений, не имела успеха. Разработка нового закона началась после неурожаев 1905 и 1906 гг. и претворения в жизнь аграрной программы П.А. Столыпина. Составленный в МВД проект закона был разослан летом 1909 г. земским управам и губернским управам по делам местного хозяйства в 40 земских и полуземских губерний для обсуждения48. После этого проект обсуждался на проходившем летом 1910 г. совещании из представителей Государственного Совета, МВД, земств, Государственной Думы и Попечительства о трудовой помощи под председательством С.Н. Гербеля49. Наконец, доработанная версия проекта была внесена на осеннюю сессию Совета по делам местного хозяйства50.

Новый устав изменял организацию помощи при неурожаях коренным образом. Он вводил «начало самодеятельности и предусмотрительности населения в деле борьбы с последствиями неурожаев» в соответствии с «новейшими течениями в земельном законодательстве»51. Основные принципы устава, по определению самого П.А. Столыпина, заключались «…в предоставлении оборотных средств тем, для кого кредит посилен, в трудовой помощи [т.е. общественных работах – Е.Б.] тем, кто может отплатить за эту помощь только своим мускульным трудом и, наконец, в благотворительной помощи для лиц совершенно беспомощных»52. Критике подвергался лежавший в основе всего существовавшего продовольственного законодательства принцип выдачи ссуды заведомо некредитоспособным. В самом устройстве продовольственной системы были заложены тенденции к накоплению недоимок, которые отмечались многими специалистами53. Ссуды из всех источников должны были выдаваться в соответствии со степенью нужды, которая, естественно, была обратно пропорциональна кредитоспособности крестьянского хозяйства. Поэтому наиболее бедные хозяйства, зачастую и в нормальные годы не имевшие излишков хлеба, позволявших погасить задолженность, и поэтому испытывавшие наиболее сильную нужду в неурожайные годы, фактически попадали в заколдованный круг: возвратить продовольственные ссуды они не могли, зато постоянно накапливали все новые долги.

Важной чертой нового продовольственного устава становилась передача непосредственно помощи голодающим – организации общественных работ, выдачи кредитов, организации благотворительных столовых – земствам.

Еще в декабре 1911 г. один из активных сторонников реформы земский деятель П.М. Толстой писал, что проект может остаться «…только черновой работой, которой не только не суждено воплотиться в нормы действующего законодательства… После киевской катастрофы 1 сентября, похоронившей в лице П.А. Столыпина непосредственного вдохновителя … этой реформы, при новом председателе Совета министров и при новом министре внутренних дел приходится, конечно, особенно считаться с возможностью такой судьбы данного проекта»54. И действительно, новый продовольственный устав постигла судьба многих начинаний покойного премьер-министра – он так и не был воплощен в жизнь. Однако основные принципы этого закона были использованы во время продовольственной кампании 1911-1912 гг., и ее опыт, несомненно, оказал гораздо большее влияние на судьбу проекта, чем гибель П.А. Столыпина.
С. 263-264: «Правила 1900 г., хотя и назывались временными, фактически действовали до 1917 г. Попытка ввести новый продовольственный устав, соответствующий современному уровню экономического развития и общественных отношений, не имела успеха. Разработка нового закона началась после неурожаев 1905–1906 гг. и претворения в жизнь аграрной программы П.А. Столыпина. Составленный в МВД проект закона был разослан летом 1909 г. земским и губернским управам по делам местного хозяйства в 40 земских и полуземских губерний для обсуждения1. После этого проект обсуждался на проходившем летом 1910 г. совещании из представителей Государственного совета, МВД, земств, Государственной думы и Попечительства о трудовой помощи под председательством С.Н. Гербеля. Наконец, доработанная версия проекта была внесена на осеннюю сессию Совета по делам местного хозяйства2.

Новый устав изменял организацию помощи при неурожаях коренным образом. Он вводил «начало самодеятельности и предусмотрительности населения в деле борьбы с последствиями неурожаев» в соответствии с «новейшими течениями в земельном законодательстве»3. Основные принципы устава, по определению самого П.А. Столыпина, заключались «в предоставлении оборотных средств тем, для кого кредит посилен, в трудовой помощи (то есть общественных работах. – Прим. авт.) тем, кто может отплатить за эту помощь только своим мускульным трудом и, наконец, в благотворительной помощи для лиц совершенно беспомощных»4. Критике подвергался лежавший в основе всего существовавшего продовольственного законодательства принцип выдачи ссуды заведомо некредитоспособным. В самом устройстве продовольственной системы были заложены тенденции к накоплению недоимок, которые отмечались многими специалистами5. Ссуды из всех источников должны были выдаваться в соответствии со степенью нужды, которая, естественно, была обратно пропорциональна кредитоспособности крестьянского хозяйства. Поэтому наиболее бедные хозяйства, зачастую и в нормальные годы не имевшие излишков хлеба, позволявших погасить задолженность, и поэтому испытывавшие наиболее сильную нужду в неурожайные годы, фактически попадали в заколдованный круг: возвратить продовольственные ссуды они не могли, зато постоянно накапливали все новые долги. Важной чертой нового продовольственного устава становилась передача непосредственно помощи голодающим – организации общественных работ, выдачи кредитов, организации благотворительных столовых – земствам.

Еще в декабре 1911 г. один из активных сторонников реформы земский деятель П.М. Толстой писал, что проект может остаться «только черновой работой, которой не только не суждено воплотиться в нормы действующего законодательства… После киевской катастрофы 1 сентября, похоронившей в лице П.А. Столыпина непосредственного вдохновителя… этой реформы, при новом председателе Совета министров и при новом Министре внутренних дел приходится, конечно, особенно считаться с возможностью такой судьбы данного проекта»1. И действительно, новый продовольственный устав постигла судьба многих начинаний покойного премьер-министра – он так и не был воплощен в жизнь. Однако основные принципы этого закона были использованы во время продовольственной кампании 1911–1912 гг.
Мой текст, сноски Текст Сафронова, сноски
48 Толстой П. Земская Россия о реформе продовольственного законодательства в 1909-1910 гг. СПб., 1914. С. 4-5.

49 См. протоколы совещания в: РГИА. Ф. 1291. Оп. 131. 1910 г. Д. 504.

50 Обе версии продовольственного устава с сопутствующей документацией были опубликованы. См. Журналы Совета по делам местного хозяйства. 1910 г. Осенняя сессия. СПб., 1911. Краткое содержание полемики, развернувшейся в Совете по делам местного хозяйства см.: Могилевский К.И. Столыпинские реформы и местная элита. Совет по делам местного хозяйства (1908-1910). М., 2008. С. 270-276.

51 РГИА. Ф. 1291. Оп. 131. 1910 г. Д. 504. Л. 265.

52 Журналы Совета по делам местного хозяйства. 1910 г. Осенняя сессия. СПб., 1911. С. 2.

53 См., напр., Ермолов А.С. Наши неурожаи и продовольственный вопрос. Т. 2. С. 44; Мацузато К. Хлебозапасная система в России. 1864-1917 годы. С. 187; Сухоплюев И.К. Основной принцип действующей продовольственной системы. Одесса, 1906.

54 Толстой П. Земская Россия о реформе продовольственного законодательства в 1909-1910 гг. С. III.
1 Толстой П. Земская Россия о реформе продовольственного законодательства в 1909–1910 гг. СПб., 1914. С. 4–5.

2 Могилевский К.И. Столыпинские реформы и местная элита. Совет по делам местного хозяйства (1908–1910). М., 2008. С. 270–276.

3 РГИА. Ф. 1291. Оп. 131. Д. 504. Л. 265.

4 Журналы Совета по делам местного хозяйства. 1910 г. Осенняя сессия. СПб., 1911. С. 2.

5 Ермолов А.С. Наши неурожаи и продовольственный вопрос. Т. 2. С. 44; Мацузато К. Хлебозапасная система в России. 1864–1917 годы. С. 187; Сухоплюев И.К. Основной принцип действующей продовольственной системы. Одесса, 1906. С. 22.

1 Толстой П. Земская Россия о реформе продовольственного законодательства в 1909–1910 гг. С. III.

Процитированного, я думаю, вполне достаточно, чтобы признать, что Сергей Сафронов – плагиатор. Но и это, к сожалению, не все: заимствований в его книге еще на несколько страниц. Например, текст, начиная с последнего абзаца на с. 280 и до последнего абзаца на с. 282, с небольшими изменениями переписан со с. 32-36 моей работы. Текст, начиная с последнего абзаца на с. 287 и до последнего абзаца на с. 290, скомпилирован из моего текста на с. 43-44 и 46-48; текст Сафронова с последнего абзаца на с. 293 и до последнего абзаца на с. 296 склеен из моего текста со с. 67, 70, 89-90 и 96-97 (возможно, там есть и еще какие-то заимствования, которых я не заметил). При этом внесенные изменения, к сожалению, текст только ухудшили: зачем-то были обрезаны архивные ссылки, из которых пропали названия разделов (в описях 131 и 132 фонда 1291 РГИА в каждом разделе раздельная нумерация дел, т.е. дел с одинаковыми номерами в одной описи может быть несколько). Хотя, подозреваю, что тут виновен не автор, а корректор.

P.S. О книге в целом: она многое бы приобрела, если бы Сафронов просто компилировал чужие тексты, ничего не добавляя от себя. Почему? Ну вот, например, заключение параграфа, половину которого он переписал у меня:

По различным оценкам, в 1901–1912 гг. от голода и его последствий погибло до 8 млн человек. 1913 г. выдался самым урожайным за всю историю царской России, однако от голода в тот год умерло до 1 млн 200 тыс. человек, так как наряду с урожайными губерниями были и неурожаные. Высока также была и детская смертность (до половины детей не доживало до 5 лет). В целом можно спорить о цифрах умерших от голода и о том, является ли цинга, скарлатина и тиф последствиями данного явления и можно ли считать погибших от данных болезней умершими от последствий голода. Ясно, на наш взгляд, одно: столыпинская аграрная реформа, по крайней мере на том этапе, не оправдала возлагавшихся на нее надежд в плане резкого повышения уровня жизни российского крестьянства. Более того, бедноты стало больше, а значит, и возрос риск голода. Конечно, появились и богатые крестьяне, но они возникли за счет разложения общины, за счет обнищания других крестьян. Безусловно, они были лучшими хозяевами, чем их бывшие собратья по общине. Тем не менее реформа создала огромную армию «лишних» людей, которым некуда было деваться (Сибирь не могла принять всех, да и не все хотели туда ехать), а умирать с голоду они не хотели. Все это дестабилизировало социальную ситуацию в Российской империи.

Вы, вероятно, будете смеяться, но первые 2 предложения тоже заимствованы без ссылок из одного известного в узких кругах текста, кажется, г-на Брусилова :) Есть в  книге и небезызвестная «Лейб-Канцелярия» есть (как вы уже должны были догадаться, тоже без ссылок на источник). В общем, мне иногда реально становится страшно за нашу историческую науку.

P.P.S. Блог скоро будет возобновлен в виде телеграм-канала.

* Из неуважения к автору даю ссылку на сайт, где его книгу можно скачать бесплатно.
Tags: История и историки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments